Буян-Бадыргы: «Россия — выбор судьбы для тувин­ского народа»

Монгуш Буян-Бадыргы родился 25 апреля 1892 года в устье реки Оваалыг-Хемчигеш на левом берегу Улуг-Аянгаты Бээзи кожууна в семье удалого табунщика Монгуша Номчулы. Там находился невысокий холмик, на котором была сооружена святыня аянгатинских монгушей — оваа. Поэтому ма­ленькую речку и назвали Оваалыг-Хемчигеш. На берегу речки стояла священная лиственница — Хам-Дыт (шаман-лиственница).

Из рукописи эссе-романа Монгуша Кенин-Лопсана «Буян-Бадыргы». Воспоминания Монгуша Бора-Хоо Келдегейовича о Монгуше Буяне-Бадыргы.

«Ушел год Кролика, наступил год Дра­кона. Говорят, что ранней весной Буурул ной­ону приснился удивительный сон. Его на­стоящее имя было Хайдып нойон (Хайдып Угер Даа). Он был правителем Даа кожууна. Из-за седых волос народ с уважением его называл Буурул нойон.

Назавтра Буурул нойон и говорит своей жене:

 Сегодня ночью я видел странный сон. С севера, востока, запада и юга, с четырех сторон юрты взошло солнце. Когда вышло солнце, из голубого неба на мою юрту спустилась серебряная багана (подпорка юрты). Чуть позже се­ребряная багана превратилась в золотую. Из горных вершин, покрытых вечным сне­гом, прилетела белая куропатка и села на эту золотую багану. Если этой ночью родится мальчик, я его усыновлю, будет у меня сын, который будет держать мою печать.

То ли правда, то ли ложь. В этот день Буурул нойон со своими чиновниками от­правился в дорогу. Самым первым он увидел юрту, из которой виднелась багана. Он отправляет в эту юрту своих чиновников и говорит:

 Идите в эту юрту. Если сегодня ночью в этой юрте родился мальчик, то я его усы­новлю.

Чиновники пришли в эту серую юрту. Это оказалось юрта бедняка Номчулы. Дей­ствительно, ночью жена табунщика родила сына. Говорят, это было в сумоне Аянгаты Барун-Хемчикского кожууна. Буурул нойон взял этого мальчика на воспитание. Ламы дали ему имя Буян-Бадыргы или по-другому Буян-Бодарадыр. В народе говорят, что юрту Номчулы перевезли вблиз юрты Буурул нойона. Приемный сын Буурул нойона родился в год Дракона в середине весны 15 числа, я тоже родился в год Дракона и этот эпизод остался в моей памяти».

Мальчика усыновил Великий князь Монгуш Хайдып. У тувинцев испокон веков укоренился обычай: если у состоятельного человека не оказывалось наследников, то он вправе был усыновить либо удочерить детей бли­жайших родственников. Таким образом, Буян-Бадыргы и оказался в семье богатого родственника.

Когда мальчик стал подростком, приемный отец специально пригласил знатока монгольского языка Уржуп-Тогоо, русскому языку обучал мальчика Рехлов, тибетско­му — камбы-лама Чамзы.

Затем, в буддийской гимназии, юноша усердно изучал историю народов мира, астрологию, медицину, математику, психологию и философию Востока.

Все шло благополучно, но в 1907 году случилась большая беда: при загадочных обстоятельствах умер приемный отец 15-летнего Буяна-Бадыргы, и, опять-таки по традиции тех времен, молодой человек стал Даа-нойоном.

То хорошее воспитание и всестороннее образование, полученные им в детстве, не прошли даром. Во всяком случае уже в молодые годы он хорошо разбирался в обста­новке и имел свою определенную позицию: «Россия — выбор судьбы для тувин­ского народа». Пришел он к такой мысли после тщательного изучения исторических событий и фактов. «Джунгарское ханство, в составе которого находилась Тува, было разгром­лено в 1758 году Цинской империей, — размышлял Буян-Бадыргы. — А сама империя, господствовавшая над Тувой более 150 лет, пала в 1911 году». Возник сложный исторический вопрос о судьбе тувинцев: с кем жить дальше? Кому протянуть руку добрососедства…

У тогдашней элиты появились совершенно разные взгляды на эту проблему. Нойоны салчаков и тоджинцев добивались покровительства Монголии, упорно доказывая единый религиозный дух, который идет с Востока: из Тибета, Китая и Индии, а заодно из Монголии, но при этом забывали шаманскую религию — исток духовной культуры самих тувинцев.

А другие представители местных властей обращались к правительству России с просьбой о рассмотрении вопроса единения. 15 февраля 1912 года в Санкт-Петербург был на­правлен посланник амбын-нойон Комбу-Дорж с письмом, затем 28 сентября 1913 года — глава хемчикского духовенства камбы-лама Лопсан Чамзы, а 26 октября того же года — Даа-нойон Буян-Бадыргы. И, наконец, 29 октября 1913 года поступило послание царю за подписью 17 чиновников Бээзи хошуна. Все они были согласны с Агбан-Демчи, который говорил, что «Россия — это сила. Она способна ввозить в Туву не только ткани, самую разную мануфактуру, но и железо, станки и орудия».

По этому поводу надо отметить, что прошение правителя Даа-хошуна Буяна- Бадыргы на имя Николая II оказалось наиболее аргументированным и более дально­видным. Отрывок из этого прошения: «В связи с упразднением в Китае маньчжурской династии и провозглашением монгольской независимости, я и мой хошун остались без покровительства, а существовать самостоятельно мы, урянхи, в силу нашей мало­численности, не можем, а потому я, мои духовные, светские чиновники и весь народ, после тщательного и продолжительного обсуждения создавшегося положения, следуя руководству Всевышнего, милостиво указавшему нам истинный, справедливый и со­гласный с историей нашего народа путь, единодушно решили просить Великого цаган-хана принять весь хошун под свою Высокую Державную Руку и покровительство, оста­вив нам, если это будет признано возможным, те немногие особенности нашего быта, которые изложены в отдельном списке».

Самым великим событием в истории тувинского народа стал созыв Всетувинского учредительного хурала (съезда) в местности Суг-Бажы (ныне с. Кочетово). Он про­ходил с 13 по 16 августа 1921 года. 63 делегата представляли семь хошунов, а из Хазутского и Сартульского посланцев не было. На съезде в качестве почетных гостей присутствовали: 17 человек из Советской России, трое из Монголии, один из Дальне­восточного секретариата Коминтерна.

15 августа учредительный хурал обсуждал важнейший документ — первую Консти­туцию Республики Танну-Тува Улус. Обстоятельно рассматривались и разбирались все статьи, каждый параграф главного документа Тувы. И оглашены они были на трех языках: русском, тувинском и монгольском.

Конституцию делегаты приняли единогласно в этот же день. Таким образом, Буян-Бадыргы в истории тувинского общества навсегда останется как первый председатель Всетувинского учредительного хурала и один из создателей тувинского государства в центре Азии.

Природное дарование, прекрасное образование, высокая культура, принципиаль­ность и дальновидность при решении многих сложных вопросов — все это позволи­ло Буяну-Бадыргы достичь вершин политической карьеры. Буян-Бадыргы был главой Правительства ТНР, первым Генеральным секретарем ЦКТНРП, министром иностранных дел, министром финансов. Он — один из организаторов Союза революционной молодежи Тувы, в трудное в политическом плане время — инициатор Всетувинского съезда лам. При его непосредственном участии разработаны и приняты конституции Тувинской Народной Республики 1921, 1923, 1924 и 1926 годов.

Памятник Монгушу Буяну—Бадыргы

Люди не забыли Буяна-Бадыргы. Первый памятник основателю тувинской государственности Монгушу БуянуБадыргы установлен в столице Тувы городе Кызыле в сентябре 2014 года на площади Национального музея в честь 100-летия единения Тувы и России.

НА РТ, «На перекрестке времени»

TOP